Насколько Сирия соотвествует определению "второй Афганистан"? В Пскове суд примет решение по делу так называемой "подростковой оргии". Эти и другие темы Андрей Медведев, Сергей Корнеевский и Мария Фролова бсуждают в эфире радио "Вести ФМ".Медведев: Сегодня мы будем обсуждать последние события как всегда, в России и, естественно, за рубежом, в частности в Сирии. Поговорим о том, вообще, насколько Сирия, как утверждают некоторые широко известные в узких либеральных кругах специалисты по военной тематике, насколько Сирия соответствует определению "второй Афганистан". Вообще, можно ли говорить о сирийской операции как о втором Афганистане. Но для начала стоит наверно небольшую ремарку сделать. На той неделе все думали - гадали, что ж такого произошло в ООН, что же там такого обсудили Путин и Обама где-то за кулисами саммита. Помните, да? Корнеевский: Была встреча, она была в два раза дольше запланированного. Медведев: Да-да. Не, ну, конспирология же была вокруг этого такая, что они друг другу сказали, что в итоге Запад согласился на российскую военную операцию. Корнеевский: Ну, как согласился? Запад же н мог нам запретить. Медведев: Вот. Так вот похоже, что на самом деле никаких там особых договорённостей не было. Как я понимаю, просто Путин поставил западных коллег в известность о том, что Россия терпеть вот это всё безобразие в Сирии в 650 верстах от своих, так сказать, южных рубежей более не намерена и, в общем, хочет со всем этим гадством и террористическим государством разобрать там, на месте. Вывод этот я делаю, судя по той реакции, которая приходит в течение последних 3-4 дней из западных столиц, из Анкары... Корнеевский: И из Эр-Рияда, что важно. Медведев: Из Эр-Рияда, да. То есть из столицы государства, которое было главным спонсором свободной сирийской армии и прочих оппозиционеров. Корнеевский: Ну, обычно говорят саудовско-катарская финансовая система спонсировала. Медведев: Да, да, да. Саудовско-катарская финансовая система. Вот. И, видимо, никто... то есть российские власти ни с кем ни что не согласовывали, просто начали свою операцию, а вот эта вся истерическая реакция на западе и в королевствах Залива на вполне успешную российскую военную операцию свидетельствует о том, что действительно вмешательство России в сирийский конфликт очень сильно нарушает политические и геостратегические планы слишком многих государств. Потому что вот интересная же штука, сколько уже операция американская длится? Фролова: 18 месяцев. Медведев: 18 месяцев. И за 18 месяцев ни разу такой реакции... а может я ошибаюсь, может вы помните, но не было, по-моему, такой реакции, чтоб боевики массово снимались с насиженных мест и улетали в родные края, кто в Европу... Фролова: Значит, они не особо хотели. Бомбили, но не особо тщательно. Корнеевский: Сдержанно. Умеренно. Медведев: Умеренно. То есть бомбили... А они бомбили умеренную оппозицию. Корнеевский: Они бомбили-то может быть и не умеренную оппозицию, не умеренных террористов, но умеренно бомбили. Фролова: Ну, это сейчас, как в анекдотах говорят, что мы применяем бомбы для умеренных террористов, только умеренные бомбы. А вот для радикальных - только радикальные. У нас для каждого террориста по бомбе. Медведев: Кстати, вот интересная штука, что касается реакции да и, собственно, террористов и всех остальных, и западных политиков, которые говорят: "Зачем Россия влезла? Мы сами ведём операцию. Мы её отлично ведём 18 месяцев". Мне это напоминает 39-40 год, когда Германия фашистская напала на Польшу, когда началась Вторая мировая война, ну, по сути, она началась конечно раньше, она началась в Испании, она началась с японского вторжения в Китай. Но, в общем, вот она началась официально. Застолбили эту дату, и Лондон и Париж объявили войну Берлину. И объявили войну. И, собственно, ничего не происходило. Корнеевский: И точка. Медведев: Ну, точка, да. А потом уже Гитлер пришёл в Париж, и опять ничего не происходило, потому что во французском сопротивлении людей воевало примерно столько же, сколько на стороне гитлеровцев. Французов. Ну, то есть вот в дивизиях СС на Восточном фронте, в Северной Африке. Что касается тезиса о том, что операция в Сирии станет для России вторым Афганистаном. Мне конечно здесь интересно, что имеется в виду, почему она станет вторым Афганистаном. Корнеевский: Все боятся, может быть, наземной операции. Медведев: Ну, а почему все считают, что Афганистан - это было что-то такое, чего стоит опасаться? Корнеевский: Все не любят вспоминать, наверное, об этом, но груз 200. Медведев: Груз 200 - это одна часть истории. Понятно. Груз 200, как ни ужасно это звучит, но потери есть в любой войне. Американцы тоже получают груз 200 из Ирака, причём мы не знаем потерь американцев в Ираке и в Афганистане, потому что больше половины... примерно половину от воюющей армии составляют сотрудники частных военных компаний. Корнеевский: Они не обязаны раскрывать эту информацию. Медведев: А они вообще... То есть сколько погибает сотрудников ЧВК в Ираке и в Афганистане мы не знаем, вообще нет данных. Поэтому никаких объективных данных о потерях США в Ираке и в Афганистане нет. Значит, что касается советских потерь в Афганистане. За 10 лет войны они составили плюс-минус около 15 тысяч человек. Я боюсь ошибиться, ну, может быть кто-то проверит сейчас. Я всё-таки всё равно пытаюсь понять, откуда вот эта вот истерика, что второй Афганистан? А чего такого было в Афганистане? Корнеевский: Ну, вот этого недостаточно, 15 тысяч человек? Медведев: Но для того, чтобы войти в Афганистан, были объективные причины. Правительство Афганистана, которое на тот момент Хафизулла Амин возглавлял... Амин начал очень жёстко лавировать в сторону Запада, и для Советского Союза, в общем, ситуация сложилась безальтернативная. Примерно как сейчас для России. Или ждать, когда - сегодня - ИГИЛ перевалит через Кавказский хребет и придёт к нам в Махачкалу и в Грозный, или всё-таки осадить их там, на месте. То же самое было у советского руководства. То есть можно было или ждать, пока Хафизулла Амин полностью станет проамериканским и полностью управляемым из Вашингтона или из Лондона, а потом, соответственно, получить военную базу в подбрюшьи у себя, то есть буквально в 10 километрах от советских границ. Причём получить крылатые ракеты какие-нибудь типа Першинг-2. Поэтому для советского руководства это была сложная ситуация. Полностью слушайте в аудиоверсии.