Впервые за много лет российские фильмы не вошли в десятку лидеров проката по итогам года. Ранее от одной до пяти наших лент были в топ-10. Изменились наши зрители или наше кино? Ответ на этот и другие вопросы Наталья Мамедова и Владимир Аверин искали вместе со слушателями в программе "Повестка дня" на радио "Вести ФМ". Аверин: Сегодня специальный гость нашей программы Антон Долин. Приветствую! Долин: Привет! Мамедова: Мы будем говорить про кино. Впервые за много лет российские фильмы не вошли в так называемый топ-10 проката за год. Впервые с 2003 года такое произошло с нами. Хорошо это или плохо - не знаю. Сейчас мы спросим у Антона. Во-первых, Антон, с чем это все связано? И действительно, может, это уже и хорошо, что такой минус мы получили? Долин: Хорошо, плохо - это такой вопрос, как вот на улице минус 10 - это хорошо или плохо? Мамедова: Конечно, хорошо! Долин: Кому-то хорошо, а кому-то - плохо, потому что он любит, чтобы было плюс 20. Я за честность. Мне кажется, что мы жили в ситуации какого-то взаимного договора, чреватого некоторым, увы, лицемерием, уже довольно много лет. Мы с момента успеха фильма "Ночной дозор", неожиданного для всех, включая продюсеров, и последовавших успехов других фильмов, которые, возможно, не снимались бы вообще с таким размахом и за такие деньги, если бы не успеха "Ночного дозора", живем в некоей иллюзии, что, во-первых, Россия способна снимать блокбастеры, во-вторых, наша публика эти блокбастеры смотрит, если они хороши, с большей охотой, чем голливудские. Почему я говорю, что это лукавство и не совсем честно? Потому что, конечно, все это не совсем так. Конечно, иногда эти фильмы выпускались под "расчищенный" прокат. Была неделя или десять дней, особенно если это новогодние каникулы, когда никакие другие фильмы не выпускались, была безальтернативная картина! И там за этим много всего скрыто: и рэкет директоров кинотеатров, и все на свете! Аверин: Есть же инструмент, значит! Если мы хотим хотя бы в пропагандистских целях, если мы хотим доказать, что наше кино хорошее, если мы хотим как-то, наконец, поддержать законопроект господина Железянка по поводу 20-процентной квоты, значит, у нас есть инструментарий и опыт его применения, когда мы можем статистику подогнать. Долин: Да, но вот сейчас это походит на то, как зимой машину заводят "с толкача". Можно ее толкнуть, если она не заводится, и она поедет. Возможно. Может быть, не поедет. Но есть шанс, что поедет. Но если там бензин кончился? Мамедова: Я понимаю логику: "А может, все-таки починим, чтобы заводилась сама?". Долин: Вот бензин в данном случае - это даже не деньги в зрительских карманах. Денег-то полно! У нас в этом году бокс-офис заработал, то есть общие сборы по всей России всех фильмов, миллиард евро! Даже больше. Это очень много! Предыдущие 2 года было миллиард долларов - это тоже очень много. Таких стран - их сколько пальцев на одной руке, иногда - сколько пальцев на полторы руки. То есть мало таких стран, которые столько зарабатывают. У нас у зрителей есть деньги. У нас много кинотеатров! Полностью слушайте в аудиоверсии.