Пойдут ли на пользу людям изменения в законе о трансплантации? Повысит ли обороноспособность страны увеличение количества призывников из Дагестана? Эти и другие вопросы Владимир Аверин и Наталья Мамедова обсудили со слушателями "Вестей ФМ". Мамедова: Тема нашего разговора - трансплантация человеческих органов, российские нормы и проблемы её проведения. Сегодня в прессе появилось сообщение о том, что в Думе готовят законопроект о введении так называемой презумпции согласия. Ну, то есть органы для пересадки можно будет использовать без разрешения родственников умершего. Остановить забор органов сможет только личное письменное распоряжение пациента, оформленное еще при жизни. К чему, по-вашему, могут привести подобные изменения? Это даст мощный толчок развития, необходимый отрасли медицины, такой, как трансплантология, или, возможно, у вас есть опасения, что, так сказать, коррупционеры разгуляются, использовав новые нормы? Но вначале, наверно, Володь, давай мы прежде всего узнаем, что нам скажут специалисты, в данном случае депутаты, что они готовят. Аверин: Да. Но, тем не менее, мы же всё время сталкиваемся с тем, что вне зависимости от того, что говорят специалисты, вне зависимости от того, что говорят эксперты, у людей формируется всё равно, так или иначе, своё восприятие той или иной проблемы и своя оценка того или иного действия власти. Вот если свести, может быть немножко упрощая, даже вульгаризируя смысл законопроекта, как я его понимаю, к простой формуле, то она такова: если я не написал специального распоряжения, наверное, заверенного у нотариуса, запрещающего изъятия у меня в случае моей смерти какого-либо органа для пересадки, то считается, что я дал это согласие. И соответственно в любой больнице, в случае чего, могут вырезать почку, печень, сердце, не знаю, что еще понадобится, может быть, сустав, ради бога, и отдать для спасения жизни и здоровья другого человека. С вашей точки зрения такая постановка вопроса в отношении меня или вас лично вас устраивает или нет? Мамедова: Пишите нам. А мы сейчас поговорим с председателем комитета по охране здоровья Государственной Думы Сергеем Калашниковым, он с нами на прямой связи. Сергей Вячеславович, здравствуйте! Разъясните нам, пожалуйста, о каком, собственно, проекте закона идёт речь. Вы уже слышите, мы говорим о трансплантации, в "Известиях" сегодня статья о том, что нужно ввести так называемую презумпцию согласия. Аверин: Для чего? Калашников: Ну, это какая-то странная статья по одной простой причине, что в настоящее время по законодательству Российской Федерации у нас как раз и действует презумпция согласия. То есть если человек или его родственники специально не написали, что они не согласны, чтобы у них брали какие-то органы, то автоматом это может быть взято. У нас как раз и действует презумпция согласия. Аверин: Сергей Вячеславович, ну, вот насколько я понимаю смысл статьи, может быть, насколько понял мой коллега - журналист из "Известий", разница в том, что если на сегодняшний день всё-таки нужно испрашивать позволения родственников, когда человек находится при смерти или уже умер, то в будущем такого согласия не потребуется? Калашников: И сейчас если родственники сами не заявили... Аверин: А, то есть их спрашивать не надо и сейчас. Да? Калашников: Да, совершенно верно.