Коррупция: возможны ли новые методы борьбы? • Выпуск 20 июля 2016 года
В советскую эпоху, говоря о соотношении государства и права, мы ставили на первое место государство. Сейчас, похоже, составляющие поменялись местами: мы скажем, скорее, - право и государство. Но послушаем мнение Светланы Владимировны Бошно, профессора, доктора наук, заведующей кафедрой государствоведения и права Российской академии народного хозяйства и государственной службы (РАНХиГС) при президенте России.
Светлана БОШНО: Если мы ставим на первое место государство, то считаем, что право создается государством. Если же право - на первом месте, то мы считаем, что государство существует в рамках и в той форме, в какой их формулирует право. Но здесь не хватает еще одного компонента: общества. С точки зрения социологического подхода сначала формируется общественный интерес, затем он оформляется в юридические нормы, а они закрепляют правила, по которым существует государство.
- Вы - компетентный специалист в области изучения механизмов коррупции. Существует термин "коррупциогенность" Что он означает?
Светлана БОШНО: Коррупциогенные факторы - это предпосылки, которые способствуют возникновению коррупционных преступлений. Существуют уловки, которые позволяют законодателю формулировать норму, выглядящую вполне прилично, но она может использоваться в коррупциогенных целях. И первый закон, который захватил вопрос юридической техники, - Закон об антикоррупционной экспертизе: он ставит на уровень закона требования к качеству, - каким должен быть закон, чтобы он не содержал коррупциогенных дефектов. Закон сам по себе изумительный, - чудесна сама идея! Впрочем, он неэффективен по другим причинам...
Вот, скажем, коррупциогенный фактор - ситуационное применение. Это когда суд, применяя закон, может учитывать возраст коррупционера, его болезни, характеристику с места работы или по месту жительства. Но уважительные причины - не из сферы этого преступления: какое значение имеют возраст и болезни коррупционера, чтобы квалифицировать его преступление?! Такая свобода правоприменения и есть коррупциогенный фактор.
(Повтор программы "От первого лица" от 09.06.2016)